Реакторный корпус Крымской АЭС

Одним из обязательных пунктов нашей поездки на Казантип в конце сентября  2016 года было посещение печально знаменитой Крымской АЭС, а точнее, того, что от неё осталось.

Ожидания были не ахти, так как до этого не раз читал, что её давно всю разграбили. Свою лепту пессимизма внесли и жители Щёлкино: “да что там смотреть – ничего интересного…”  Хорошо, что мы привыкли  всё проверять и давать собственную оценку тем или иным объектам. Так и случилось – впечатления превзошли все ожидания! Понравилось очень, и эмоций было более чем достаточно.

Сразу скажу: станция охраняется, как мы туда попали, рассказывать не буду. Этот объект опасен для посещения и официально проход на него запрещён.

*     *     *
От южной окраины города Щёлкино до Крымской атомной станции ведёт бетонная дорога, с двух сторон заросшая непролазными дебрями кустарников и густой травы. Расстояние от дома, где мы сняли квартиру, до АЭС по карте составляет 4,5 км. Туда-обратно – уже 9 км. Городской транспорт до станции, само собой, не ходит, тем более что его в Щёлкино вообще нет. Впрочем, нас такие расстояния никогда не пугали, наоборот, мы стараемся путешествовать под девизом “Движение – жизнь!”

“Вход” в корпус

Внешние размеры реакторного корпуса АЭС обманчивы. Простая форма, отсутствие деталей и относительно гладкая поверхность зрительно уменьшают масштабы здания. Да и сравнить не с чем – нет рядом ничего такого знакомого. На самом деле высота энергоблока – два 9-ти этажных дома.

Территория станции во многих местах разрыта землеройной техникой и сплошь заросла бурьяном, кустарником, и даже успевшими вырасти за долгие годы деревьями. Наверху полуразобранных корпусов – огромное количество голубей. Сидят в ряд и наблюдают за нами хищными взглядами, словно думают: “идите-идите, посмотрим, как вы оттуда выйдете…”

На лестничных пролётах – полная темнота

Попав внутрь через пробитое в стене отверстие, сразу начинаем подъём по лестнице, в поисках реакторного зала. Всего в корпусе четыре лестничных пролёта – по углам здания. В каждом 32 лестничных марша или 320 ступеней. Окон  в пролётах нет, так что здесь – полная темнота и без хороших фонарей тут делать нечего. Через каждые 4-6 маршей – выход на этаж, иногда освещённый, иногда такой же темный, как и сам пролёт.

Решив по пути осмотреть одну из тёмных комнат, заходим в неё и пытаемся определить размер. Луч фонаря с трудом нащупывает противоположную стену. Идём аккуратно, глядя под ноги. Один неосторожный шаг, и можно запросто улететь на бетон нижнего этажа через одно из многочисленных отверстий в полу. Длинный коридор выводит к проёму в стене, откуда можно полюбоваться степными просторами и осмотреть с высоты другие постройки и сооружения станции.

А вот и лифтовая шахта. Она кажется бесконечно глубокой. А ведь мы только на середине высоты здания. Значит ещё столько же над нами. Сверху в шахту попадает свет, пронизывая её до самого подвала и отражаясь в луже.

Через огромный гермолюк видна главная цель нашего поиска – реакторный зал, расположенный в самом центре энергоблока. Он представляет собой огромную цилиндрическую полость, посреди которой находится шахта реактора. Она, словно остров, отделена от остального массива кольцеобразным проёмом, преодолеть который можно лишь по уложенной кем-то металлической лестнице.

Единственный путь в реакторный зал

Лестница на вид вполне надёжная, но идти по ней не очень приятно, когда знаешь, что под тобой  6-7 метров, однако… шесть уверенных шагов, и ты уже в святая святых блока – реакторном зале.

Шахта реактора представляет собой гигантский «подстаканник» из армированного железом бетона. Сам реактор мощностью 1000 Мвт и массой 324 т был завезён на строительную площадку, но так и не установлен. Вскоре после закрытия станции он был разрезан на металлолом.

Шахта реактора

В этом месте царит особая потрясающая атмосфера! Идеальная изоляция, хорошая акустика и эффект эха делают любой звук необыкновенно загадочным!  Изначально,  кажется, что попадаешь в полную звенящую тишину, но вскоре начинаешь слышать: то чьи-то осторожные шаги, то тяжелые вздохи и скрипы, то зловещий шёпот. Едва слышный шорох осыпающихся со стен песчинок бетона и ржавчины добавляет таинственности, а воркование и хлопот крыльев голубей, сидящих где-то на самом верху, и вовсе превращает всё в мистический сюжет.  Эх, побывать бы здесь ночью! Представляю, какие будут ощущения…

По всему периметру зала – кольцо глубокого проёма, а над головой – гигантские многотонные конструкции из стали и бетона. Чтоб попасть в соседний отсек, приходится пролазить через небольшие отверстия в стальных стенах.

Улитка главного циркуляционного насоса

В одном из таких отсеков натыкаемся на странную металлическую штуковину, похожую не то на огромную шпульку для швейной машинки, не то на раковину гигантского моллюска. На самом деле это так называемая улитка ГЦН – корпус главного циркуляционного насоса, одного из основных элементов блока АЭС. Именно этот насос заставляет циркулировать теплоноситель (как правило, воду) по трубам, передавая тепло от ядерного реактора  в  парогенератор. Эту улитку кто-то пытался резать автогеном, ещё бы – 47 тонн чистой нержавейки! Да, видать, не пошло… Вторая лежит неподалеку до сих пор нетронутая.

Строительство первого блока Крымской атомной электростанции началось в 1982 г. и согласно проекту должно было завершиться в 1989 г. Сметная стоимость объекта составляла 751,5 млн. рублей.

Главными причинами остановки строительства стали Чернобыльская катастрофа 1986 г., последовавшие после этого многочисленные протесты крымчан, а также крайне неблагоприятная экономическая ситуация в стране. При этом готовность первого блока составляла около 80 %. Не берусь утверждать, но прочёл где-то, что даже ядерное топливо было завезено на стройплощадку, но так и не было использовано и, в конце концов, отправлено обратно.

Внутри реакторного зала

После приостановки  всех работ учёные делали повторные исследования, пытаясь доказать, что конструкция станции и место её строительства безопасны, т. к. имеют огромный запас прочности  и значительно отличаются от проекта Чернобыльской АЭС. Параллельно выходили статьи, где наоборот говорилось о страшных последствиях, ожидающих Крым в будущем, о тотальном загрязнении и даже радиоактивном Чёрном море.

Много отчётов, историй и слухов можно найти на эту тему в Сети, так что подробно повторяться не буду. Скажу лишь, что наша Крымская АЭС, хоть и недостроенная, была включена в Книгу рекордов Гиннеса как самая дорогая в мире атомная электростанция. По крайней мере, к моменту закрытия на неё было затрачено 500 млн. советских рублей в ценах 1984 года.   Как бы там ни было, строительство было остановлено, и вскоре начался делёж всего, что можно было продать.

В конце концов, поплутав по тёмным лабиринтам, мы выбрались на крышу реакторного блока. Отсюда открывается отличная панорама на все 360 градусов.  Видно южную окраину города Щёлкино, восточную оконечность мыса Казантип и даже кусочек Азовского моря. Ну, а на переднем плане разбросаны все строения АЭС, вернее, их жалкие останки.

Остатки машинного зала

Прямо под энергоблоком находится разрушенное здание машинного зала. В 2007 году в нём снимались эпизоды фильма Ф. Бондарчука  «Обитаемый остров». Здесь же, с 1995 по 1999 год, до переезда в Поповку, проходил и скандально-популярный фестиваль “КаZантип”. C тех пор сохранилась памятка участнику фестиваля, решившему обследовать реакторный блок:

«1. Не делайте этого никогда.

2. Понимаем, что вы вряд ли последуете первому совету, поэтому:

а) хорошенько зашнуруйте свой Martens, или что вы там обуваете в очень плохую погоду, возьмите тёплые, не очень дорогие вам вещи;

б) зарядите новые батарейки в ваш фонарь;в) возьмите с собой ещё несколько сумасшедших, не более пяти человек, а также питание и воду на пару дней.

3. Непременно найдите опытного сталкера среди местных жителей – вероятно, он знает множество способов проникнуть в гермозону, не сломав себе позвоночник.

Многие боятся радиации. Её там нет. Но вы имеете все шансы не вернуться домой, поэтому, отправляясь в это путешествие, попрощайтесь с близкими и родственниками.

Так как станцию все-таки чуть не достроили, постоянно смотрите под ноги – много незакрытых проёмов.

Не беритесь за провода – часть из них до сих пор под током.

Лазать по многочисленным лестницам и держаться за перила тоже не рекомендуется, потому что многие конструкции здесь временны. Но в целом гермозона довольно надёжна, поскольку спроектирована выдержать прямое падение вражеского самолёта. В этом смысле вы в полнейшей безопасности».

Вид на г. Щёлкино и мыс Казантип

Да, чуть не забыл, когда мы вышли из реакторного зала и стали, этаж за этажом, подниматься выше, услышали вдруг приглушённые голоса, доносившиеся снизу. Постепенно они становились громче. Стало ясно, что на станцию проникла очередная группа любопытных туристов. Мы решили не обнаруживать себя, и наблюдали за ними со стороны, укрытые темнотой. В какой-то момент они прошли мимо нас на расстоянии вытянутой руки – было слышно их дыхание – даже не подозревая, что за ними наблюдают…

Не мог я удержаться, чтоб не заглянуть и в подвал энергоблока. Едва спустился туда, как сразу увидел предательски соблазнительную надпись на стене: “Иди туда”. Рядом стрелка, указывающая направление. Ну, как не пойти? И ведь знаю, что ловушка, понимаю, что замануха, но всё равно иду, а пылкое воображение рисует в мыслях страшные картины…

Подвал реакторного корпуса

Почти весь подвал залит водой, и если в начале пол просто мокрый, то в глубине уровень воды достигает полуметра. Через проём цокольного этажа свет попадает лишь в небольшую часть подвала. За первым же поворотом с трудом видно контуры коридора, а дальше… дальше – полная темнота. Стараясь не замочить ног, я включил фонарь и стал пробираться вглубь, осторожно наступая на торчащие из воды куски бетона. Повернув за очередной угол, оказался в таком мраке, что даже луч фонаря едва справлялся с плотной, казалось, спрессованной темнотой. Я остановился и прислушался: в полной тишине было слышно, как где-то далеко, в недрах подвала монотонно капает вода. Что делать – идти дальше, не идти? Что там можно ещё увидеть?
Неожиданно, я почувствовал лёгкий сквозняк, словно где-то открыли окно или дверь. За поворотом раздался едва уловимый всплеск, потом ещё, и ещё, словно что-то сыпалось с потолка в воду. Звуки стали ближе и вскоре я услышал какой-то шорох, доносившийся сверху. Летучие мыши? Но они обычно пищат, а тут тишина. Что-то не то, и это «не то» мне очень не нравится.

Внезапно мой фонарь заморгал и погас. Опять батарейный отсек барахлит! Как всегда, не вовремя, а ведь давно собирался почистить клеммы от ржавчины… Сняв фонарь с головы, я нащупал крышку, аккуратно открыл её и, о боже, одна батарейка под действием пружины выскочила и упала в воду! Всё, я остался без света!

Что делать? В такой темноте, в воде, вперемешку с мусором и грязью, я её ни за что не найду. Надо поворачивать назад и идти по стеночке, пока не выйду на свет. Вытянув руку в сторону предполагаемой стены, я стал медленно идти, нащупывая ногами камни. Ну, где же она, должна быть где-то здесь… Ах, вот, нащупал, наконец! Стоп, а это ещё что такое? Моя рука коснулась какой-то тонкой упругой проволоки, натянутой под углом от стены куда-то вверх, к потолку. Что это, растяжка? Не похоже. По крайней мере, поставлена не самым удачным способом. Да и проволока уж больно странная – очень тонкая и гладкая на ощупь, словно шёлковая нить.  Я ещё раз аккуратно нащупал её в темноте и провёл по ней рукой. Крепкая! И эластичная. Что же это может быть?

Вдруг я почувствовал, как нить, в ответ на моё прикосновение, завибрировала, словно кто-то дёрнул её на другом конце. Что-то посыпалось с потолка за моей спиной, и я почувствовал смрадное дыхание на своём затылке. Страшная догадка осенила меня и тут же дал знать о себе адреналин! Сознание мгновенно отключилось и заработали инстинкты.

Бросив фонарь, моё тело что есть силы рвануло к выходу, не разбирая, где вода, где камни, где вообще сам выход! К счастью, интуиция не подвела, и через несколько метров и одно падение в воду, я увидел справа слабое очертание стен коридора. Благо, глаза за это время привыкли к темноте и улавливали теперь малейший источник света. Сзади что-то шипело и скрежетало по бетону и металлу, но оглядываться не было, ни желания, ни времени. Я бежал, а точнее, летел по воздуху, едва касаясь ногами воды. Висящая на шее камера болталась из стороны в сторону, больно ударяя по рукам и животу.

Очередной поворот, и впереди уже достаточно светлый коридор. Ещё тридцать метров и вот он – дневной свет и солнечные лучи, играющие бликами на воде. И Лена, подсвеченная этими лучами, безмятежно стоящая наверху, в огромном проёме цокольного этажа, словно в портале, ведущем в другой мир – мир света, покоя и счастья. Какой же близкой и родной показалось она мне в ту минуту! Только здесь я остановился, чтоб перевести дыхание. Сердце колотилось, вырываясь из груди. Штаны и куртка были мокрые и грязные, а вода текла с меня мутными струями. Два чёрных отверстия под проёмом, словно два гигантских глаза, смотрели беспристрастным взглядом охотника, и в нём читался немой укор: “Сам виноват! Что ты здесь делаешь? Тебе здесь не место!”

Вид из подвала корпуса на улицу

Выйдя из подвала на улицу, я сел на первый попавшийся кусок бетона. Трясущиеся руки автоматически открыли батарейный отсек мокрой камеры и вытащили аккумулятор. Лена недоуменно смотрела на меня.

– Ты меня слышишь? Я к тебе уже третий раз обращаюсь, о чём ты задумался? Идём, нет?

– Что? Ах, да, прости, всякие фантазии в голову лезут, вот и задумался. Идём, идём! Привидится же такое…

– Что ты сказал?

– Нет-нет, ничего, это я так…

P.S. Если кто-то найдёт в подвале Крымской АЭС налобный фонарик, просьба вернуть за вознаграждение.

Евгений Бондаренко, Симферополь 

фото автора

ПРЕДЫДУЩАЯ СТАТЬЯ

Дельфинья радость

Leave a Reply

You must be logged in to post a comment.