Каждый советский школьник что-то да собирал, мода была такая. Открытки, марки, фантики или бабочек. Вот и крымчанин Геннадий Кулигин в школьные годы аккумулировал дома спичечные этикетки (у него их несколько тысяч), а в студенческие – этикетки от алкогольных и безалкогольных напитков. За 45 лет таковых накопилось почти 20 тысяч экземпляров.

«Было мне тогда лет 20, учился в Пермском пединституте на учителя химии и биологии, жил в общежитии,  – вспоминает Геннадий Иванович. – Крымского вина во времена моего студенчества в Перми не было. Все больше узбекские да кубанские, их первыми и попробовал. Коллекция же моя началась с молдавского «Мерло» 1965 года».

Фото: Константин Михальчевский

В 1980-е семья Кулигиных перебралась в Крым. В коллекции стали появляться местные экземпляры.

«Вообще-то, в Краснодарском крае виноделие было сильнее, чем в Крыму, который сильно пострадал после войны. Виноградарство заглохло, поскольку крымских татар, которые им занимались, выселили. Только с 1954-го крымские вина начали участвовать в различных международных выставках, – рассказывает коллекционер. –  Ну а к 80-му в Крыму уже было много небольших винзаводов. В каждом колхозе и совхозе – свой. На весь Союз славились массандровские мускаты и «Черный доктор» из Солнечной долины, хороши были наши хересы и портвейны. И по сей день их люблю».

Кстати, до 1968 года знаменитое вино «Черный доктор», виноград для которого растет только в Солнечной долине, называлось «Рубиновым». Простой смертный охмелеть от него не мог – поставлялось оно только на столы высшего руководства. Впрочем, как и многие другие алкогольные удовольствия.

“Во времена князя Голицына вина из его подвалов предназначались исключительно для высшего света, а во времена Советов наша алкогольная отрасль трудилась на удовлетворение потребностей партийных работников”

«Во времена князя Голицына вина из его подвалов предназначались исключительно для высшего света, а во времена Советов наша алкогольная отрасль трудилась на удовлетворение потребностей партийных работников. Некоторые вина даже в продажу не поступали, – говорит Геннадий Иванович. – Их сразу на стол начальству поставляли. А мы, простые смертные, пили  все чаще «Яблочное» или «Яблочное шипучее».

Или же «Спирт питьевой» – есть в коллекции и такая этикетка.

Бутылку кагора украшает библейский сюжет, а десертное красное «Алые паруса» – сюжет повести Грина. А вот эта этикетка была выпущена Украиной к трехсотлетию ЧФ РФ. Десертное под названием «Педро крымский» – интригует, а спиртное с физиономией Януковича напоминает о президентстве такового.

Фото: Константин Михальчевский

Раритетной считает Кулигин и ограниченную серию вин Евпаторийского завода 2004 года «Вожди и полководцы» с портретами Ленина, Сталина, Жукова, Брежнева, Андропова, Ворошилова, Буденного, Мао Цзэдуна, Че Гевары и Кастро.

Дореволюционных этикеток у крымского собирателя немного. Гордость – этикетка от вина «Цимлянское». Поговаривают, что это красное тягучее игристое любил великий полководец Кутузов. И этим напитком отмечал разгром Наполеона Бонапарта.

«До революции шампанское изготавливали исключительно по французским технологиям, выдерживали не менее трех лет, – поясняет Геннадий Иванович. — «Советское шампанское» появилось в конце 1920-х, когда виноделы изобрели так называемую быструю технологию. В основном, его производили заводы «Золотая балка» и «Новый Свет». Интересны этикетки шампанского, выпущенного в Бахчисарае. Они на крымскотатарском».

Известный на весь Крым в 90-х лидер влиятельной ОПГ Виктор Башмаков выпустил водку под своей фамилией и с собственным портретом на этикетке – она стала раритетом

А вот эта, от шампанского, совсем свеженькая – на ней написано, что Крым – это Россия. Есть на бутылке и географическая карта, наглядным образом доказывающая этот факт.

Если к Новому году, то на этикетке хмельной Дед Мороз, а если к 8 Марта, то пышногрудая барышня подшофе. Кстати, на «эмблемах» алкогольной продукции любят увековечивать себя и директора заводов. Например, пиво «Астраханское» и «Петрович» — с физиономией начальника.

Известный на весь Крым в 90-х лидер влиятельной ОПГ Виктор Башмаков, будучи тогда одним из совладельцев симферопольского завода «СВ», выпустил водку под своей фамилией и с собственным портретом на этикетке, которая стала раритетом. А еще один руководитель запечатлел на бутылочной этикетке изображение своего погибшего сына – парню, будто мультипликационному герою, пририсовали ангельские крылья.

И еще о водке. Почти вся имеет традиционные сорок градусов крепости. Но в «Украинской» – пятьдесят шесть градусов. Надо полагать, что, простыв, «лечились» «Имбирной», на Кубани баловались «Кубанской», в Сибири – «Сибирской», в Белокаменной – «Московской», а во времена Адропова в магазинах осталась только «Андроповка». По этой логике, «Путинку» пьют до сих пор.

В конце 1950-х — начале 60-х в СССР боролись с пьянством. Оттого в стране стало больше газировки и соков. Советский гражданин утолял жажду напитками «Яблоко», «Апельсин», «Крюшон», «Байкалом» и «Тархуном». А также несуществующей ныне минеральной водой «Феодосийская».

«Конечно, находятся те, кто упрекает: мол, алкоголизм пропагандируешь! Но я всего лишь собираю историю Крыма и нашей страны в этикетках, – убежден Геннадий Кулигин. – И не стыжусь этого. В моей коллекции, которую помогают пополнять «коллеги» из ближнего и дальнего зарубежья, друзья и местные винзаводы, отображается не только история отечественных алкогольных и безалкогольных производителей, но и вся история великой страны, многообразие вкусов ее народов. Благодаря создателям напитков, фантазии художников-оформителей и честолюбию некоторых личностей и начальников,  этикетки перестают быть просто частью оформления бутылок».

Фото: Константин Михальчевский

СВОИМИ ГЛАЗАМИ. Коллекцию Геннадия Кулигина можно увидеть в дегустационном зале одного из симферопольских винзаводов, что в районе Куйбышевского рынка. Кстати, когда-то здесь располагались винные подвалы купца первой гильдии, винодела и виночерпия Георгия Христофорова. В начале Крымской войны Россия решила приблизить пороховые арсеналы к театру боевых действий. Для этого в окрестностях Симферополя вырыли обширные штольни, но военным они не пригодились — из-за грунтовых вод порох подмокал и приходил в негодность. В 1853 году Христофоров вместе с землей выкупил эти подвалы, пронизывающие известняк на сотни метров, и приспособил их для хранения и выдержки вин. Симферополь оказался в стороне от кровавых событий войны, но раненые прибывали сюда тысячами. Многим спасли жизнь красные крымские вина. Коммерсант Христофоров стал первым, кто поставил торговлю крымскими винами на капиталистические рельсы с широким размахом, основав Товарищество виноторговли «Христофоров и Ко»  — предтечу сегодняшнего винзавода.

Leave a Reply

You must be logged in to post a comment.