После окончания Великой Отечественной войны на Западной Украине действовало антисоветское подпольное движение. Бандеровские эмиссары, периодически направлялись в разные регионы Советского Союза с целью получения объективной информации и возможного установления контактов.

По возвращении на базу эмиссар должен был составить отчет для руководства о своей поездке.

Отчет бандеровца, проходящего под кодом «24.А», интересен описанием послевоенной Украины, а особенно Крыма, куда «24.А» был направлен.

Но, конечно, читая эти строки, необходимо помнить, что это взгляд врага.

Информация про ВУЖ (восточно-украинская железная дорога) и Крым

Лето 1950 г.

В вагоне на Восток ехало много восточных украинцев – работников и учителей в ВУЗы. Разговоров интересных не приметил, в общем, разговоры вели на деловые и будничные темы.

Через окна вагона я видел окраину. Днем мы ехали уже через Винницкую область. По обе стороны железнодорожного пути, около 300 метров, ничего не засеяно, растут сорняки. Дальше уже поле, растет хлеб. Хлеба мало – неурожай. Характерным является то, что я не заметил до самого Киева на поле комбайна. Урожай собирают вручную. В Винницкой области в окна вагона видны сёла. Село бедное. Видно маленькие хаты, старые, покосившиеся часто, улицы широкие не мощеные. В селе видно также несколько каменных и лучший хат, покрытых жестью или черепицей. В хозяйстве кроме хаты есть также часто маленькая конюшня. Одним словом – беднота впечатляет с первого взгляда. Уже ближе к Киеву видно по селам начато строительство новых каменных хат, а также и есть построенные новые хаты.

Киев. Станция хорошая, оборудованная. На станции пассажиры не толпятся. На других станциях я везде видел толпу. В городе я не был. На станции все разговаривают по-русски, государственный язык – русский.

Сразу за Киевом вид сразу меняется, лесов гораздо меньше, равнина, виден хороший хлеб, есть урожай, особенно хороший урожай в южных областях (Полтавская, Запорожская). На поле хлеб собирают комбайнами.

Харьков. Станция хорошая, оборудованная. Перекусить здесь, как и на всех больших станциях есть что купить, однако всё дорогое. В городе на улице слышен разговорный русский язык. Надписи все по-русски.

Проезжаем через Запорожье. Город большой, индустриальный. Вдоль дороги, вплоть до Крыма, нигде не проверяли документы, только раз в вагонах проверяли билеты.

Симферополь. На станции сразу, как я вышел с поезда, у всех пассажиров проверили документы. Сел до сих пор с поезда я не видел (в Крыму), только одинокие хозяйства, раскиданные по сторонам гор. В Симферополе иду на турбазу (туристическую базу), где организовывается прогулка по городу и в горы. На турбазе встречаю много студентов-туристов в основном с «путевками» со школ. Студенты в основном москали, из Москвы и других мест, с Украины мало. Еда прямо люкс и сколько кто хочет. Питание за государственный счет. Организуется прогулка и я иду осмотреть город. За городом на холме научно-исследовательская экспедиция раскопала старый скифский город второго тысячелетия до Христа. Экскурсовод целый час нам рассказывал. Видел я большие грушевидные с узкими входными отверстиями в камне выдолбленные ямы. Таких ям было несколько сразу, огороженных стеной – это зернохранилище. Дальше мы видели могилу скифского царя со второго тысячелетия до Христа. Могила также грушевидной формы, выбита в камне, вход маленький, что едва пролезет человек. В могиле нашли много драгоценностей. Между другим полом с из самого золота, оружие, дорогие греческие вазы, много золота. Все это вывезено в Москву в музей. Стены могилы в средине раскрашены красками, разные рисунки и скиф на коне стреляет из лука и т.п. Рисунки примитивные. Возле могилы царя нашли четырех дружинников с конями и оружием. Это закопали четырех дружинников царя живьем в землю, как хоронили царя. Также раскопана могила женщина – говорят это жена этого царя. В могиле найдено также много драгоценностей. Раскопаны стены города. Этот город был столицей скифского царя. Весь город занимает 150 метров в квадрате (не квадратных метров). В Симферополе только русский язык. Татар нигде не видно. Население – москали, видно редко армян, греков, но они растворяются меж москалей. Идем в горы смотреть восход солнца. Над морем очень тепло, а в горах так холодно, что под двумя одеялами еле выдержать. Когда мы ходили в горы, то встретили женщин, переселенных в Крым с Украины и России, которые пасли коров. Коровы паслись возле тропинки. Один студент москаль спросил, дерется ли корова. Женщина презрительно ответила: «Вы думаете, что они (коровы) такие как ваши?» Москаль студент сказал всем: «Вот видишь, как враждебно настроены к нам».
Мы зашли в село. Село бедное. Живут переселенцы с Украины и России, а также переселенные армяне и греки, но очень мало. Мы ходили по хатам и хотели купить молока. Нам нигде не продали, сказали, что нет. Мы посидели во дворе, снова подошли к хате и стали просить, что это студенты приехали на прогулку, студенты с Украины – тогда продала хозяйка молоко.

Меня спросил один москаль с Москвы: «Вы с Западной, а там бандиты, что это за люди?». Другой москаль студент сказал: «Я тебе объясню. Это такие люди, что всех бьют. Были поляки, они били поляков, били немцев, а теперь бьют и наших. Я в 1945 году был в Чертково, то их так много было, что в селе вели бой с нашими войсками с утра до полудня и наши должны были отступить». – «А чего они хотят?» – спросил москвич. Этот второй ответил: «Воюют за суверенную Украину, чтоб под никем не быть». – «Это невозможно – тянул москвич – если б Украина вышла из СССР, то ее сразу захватят капиталисты». И еще долго говорил про «нереальность» независимости Украины.
Все говорили между собою по-русски. В Симферополе я надел чистую сорочку-вышиванку. Все сделали большие глаза. Подошел один студент и сказал по-украински: «Вы с Западной, вы украинец. Я также украинец (Это был восточный украинец)». Тут же подошла одна девушка и сказала: «Вы украинец, я тоже студентка-украинка со Львова». Уже потом мы говорили между собой по-украински.

Ялта. Это курортный город, расположенный над морем. Уходит в горы и тут не то, чтобы горячо, а больше душно. Воздух свежий, если я иду дома, то быстро задыхаюсь, а ходил в Ялте быстро и не задыхался так. Санатории раскиданы среди лесов, так что вечером видно среди леса огни. Дома все красивые, на западный стиль. Улицы – асфальтовые. Я ходил смотреть на дом, где была Ялтинская конференция, но меня и других туда не пустили, вообще никого, кто прогуливается, не пускают. Сейчас по соседству есть большой дом с надписью «Санаторий министерств СССР». На горке и на воротах стоит охрана по два бойца с автоматами и никого туда близко не пускают. В Ялте прямо на каждом шагу проверяли документы, выходишь с парохода – проверяют, выходишь с поезда – проверяют, едешь автобусом – проверяют. Нам говорили, что появился «американский шпионаж» и поэтому такой сильный контроль. Ночью по морю ездить нельзя, только пароходом, так как говорят, что по морю плавают мины. За Ялтой нигде не было такого контроля документов.

Бахчисарай. Это старый татарский город, а татар в лицо нигде не видно (слова информатора). Видел я известный «фонтан слез», дворец хана, гарем. Сам гарем навевает скорбь и холод. Комнаты пустые. Инвентарь весь вывезен. Экскурсовод объяснял всё: «Фонтан слез» построил хан на память, потому что одна жена убила другую, которую он очень любил (дочку Потоцкого). В «Фонтане слез» я видел две розы: одну белую, а другую красную. Нам пояснили, что Пушкин был в Крыму в каком-то там году (год забыл сам информатор), и в «Фонтане слез» поставил две розы: одну белую, а другую красную. И теперь всё время, меняют в память этого, всегда свежие розы. Мы осмотрели мечеть. Экскурсовод сказал: «Мы ее (мечеть) скоро разберем, чтоб духом татарским здесь и не пахло».

Много домов построено на западный стиль. А также много домов и улиц на татарский стиль: улочки узкие, дома одноэтажные с узкими высокими окнами. Однако, я видел, что эти дома разрушают или переделывают окна и двери на европейский стиль.

Севастополь. Послевоенных руин уже почти не видно. Город отстраивают быстро.
В Крыму, как я понял, переселенное население не любит советскую власть. Население городов почти целиком русское. Язык в Крыму русский.

На обратной дороге документов нигде не проверяли. Станции везде сильно переполненные. Мест в поездах не хватает. Многие пассажиры на вещах. Например, в Жмеринке, я встречал людей, которые ждали и по четыре дня на станции и не могли купить билет.

Везде на станциях Украины я видел инвалидов, так называемой, отечественной войны. Это часто без руки, ноги, а видел и без глаз с мальчиками, которые их водят. Эти инвалиды просят милостын

24.А

Leave a Reply

You must be logged in to post a comment.