На днях правительство Украины приняло решение выпустить военные облигации на сумму до 7 миллиардов гривен, номинальная стоимость одной облигации составит 1000 гривен. 

Патриотические облигации — это, конечно, хорошо, но, на мой взгляд, государство должно опираться не на патриотические чувства граждан, а на эффективность управления процессами. Если государство неэффективно, то патриотические облигации роли не сыграют.

На фоне разворачивающегося на/в Украине выпуска облигаций хотелось бы напомнить их историю в СССР. Она началась еще в 1922 г., когда Советская Россия очень хотела побыстрее привести в порядок расстроенные экономику и денежную систему и осознавала, что необходимые для этого средства придется изыскивать внутри страны. Окружающий мир капитализма, который она собиралась сломать, помогать не спешил. Поэтому, в отличие от Украины сейчас, другого средства, кроме как внутренние займы у своего же населения, у РСФСР поначалу просто не было.

У РСФСР поначалу не было другого средства, чтобы привести в порядок экономику, в отличие от Украины

Казалось, что и на своих граждан, измотанных войнами и голодом, дезориентированных и экспроприированных, вряд ли можно рассчитывать. Бумажным обязательствам мало кто верил, не говоря уже о ценных бумагах. Поэтому первые займы были натуральными: хлебный, сахарный, – и погашались продуктами. Тем не менее, нужны были реальные деньги, больше всего золото. Тогда еще дееспособный Ильич диктаторски резко развернул большевиков к НЭПу, в результате они сами были удивлены его быстрой отдачей, а заодно и своим экономическим спасением. Почти одновременно с натуральными появились займы в золотых рублях, которые можно было свободно покупать и продавать в банках и сберкассах. К тому же постепенно появлялся и резервный капитал у национализированных предприятий. Таким образом, до 1927 г. средства брали у нэпманов, которых с самого начала на займы подписывали принудительно, и у работавших госпредприятий.

После 1936 года многие прежде сознательные трудящиеся все больше воспринимали займы как крепостные барщину

Этого было мало. Сталин подготавливал «коренной перелом» 1929 г. в политике и рывок индустриализации. Стоило людям немного вздохнуть, как с 1927 г. государство пошло в народ с целью опробовать «честные способы отъёма денег у населения» (см. Остапа Бендера). Облигации госзаймов («заёмов») стали размещать по подписке. Первым был честно названный «Государственный заём индустриализации народного хозяйства СССР». Обещали вернуть с процентами. И пошло. Зарплата выдавалась одновременно с подпиской на приобретение займа. О заёмном энтузиазме снимали фильмы. Сознательные трудящиеся развернули соревнование: я на ползарплаты подписался – а я на весь месячный заработок. Кто там отмалчивается? Проработать его – он враг!

По займам проводились розыгрыши – если совпадал номер серии, можно было выиграть рублей 50, а если и номер серии, и номер билета, тогда побольше. Лотерея. Денег государство получало все больше. Процент объявленных доходов по облигациям неуклонно уменьшался, сами займы становились все более долгосрочными: на 10 лет и дольше. В результате бумаг стало столько, что уже в 1930 г. была проведена их общая конверсия, т.е. проценты резко снизили, срок погашения отложили. В 1936 г. – еще одна, потом еще. Тренд становился ясен, многие прежде сознательные трудящиеся все больше воспринимали займы как крепостные барщину. Вздыхали, отдавали деньги, надеялись, но для себя особо ни на что не рассчитывали.

Понятно, что война только усилила потребность государства в средствах. Речь ведь шла о спасении, о выживании. И люди спасали, на фронтах и в тылу. Облигации распространялись даже через партизан на оккупированных землях! Какой же должна была быть вера в победу и желание противостоять гитлеровцам – ведь в продолжение принудиловки верить как-то не хочется. Между тем, военные займы из 10-летних превратились в 20-летние.

Вместе с денежной реформой 1948 г. состоялась и очередная конверсия займов, старые облигации обменивали на новые в соотношении 3:1. Они продолжали выпускаться ежегодно под 2%, но тем не менее к 1957 г. сумма обязательств превысила 300 млрд. руб. и с этим надо было что-то делать. В следующем году все операции по облигациям были заморожены на 20 лет. После этого несколько раз еще выпускали займы для свободного обращения, пока деноминация 1998 г. не превратила все в пыль.

Разноцветными бумажками оклеивали стены, давали играть детям. У меня в семье тоже были такие облигации, помню, что в детстве любил в них играть потому, что они были очень красочными. Бабушка же считала, что это дурная игрушка, что от нее у меня может возникнуть мания к деньгам, и выбросила их. Если мне не изменяет память, то где-то в семидесятые годы по ним даже заплатили, но это были гроши.

Кто-то, давно все поняв, гордился тем, что помог своему государству в трудную минуту/годину/эпоху. Но по большей части люди вспоминали, как тяжело было постоянно отрывать от своих кровных еще и этот кусок.

По разным подсчетам, от 20 до 30% доходов госбюджета СССР составляли обязательные и добровольные взносы населения. Одних займов было более 65. Украине есть чему поучиться?

Leave a Reply

You must be logged in to post a comment.