Также автор народного проекта «Белая книга» и руководитель комиссии по расследованию преступлений киевского режима пояснил, почему так важно собирать материалы о том, что сегодня происходит на Юго-Востоке и что роднит фашистов современных с фашистами времен Великой Отечественной.

– Константин, вы можете дать свою оценку того, насколько украинские военные усилили свое присутствие на ЮгоВостоке

– Насколько мне известно, сейчас ни одна из противоборствующих сторон не думает о том, что зима не так далеко, как может показаться. И каких-либо действий, направленных на проведение очень долгой традиционной войны, которая бы продолжалась и в зимний период, никто пока не планирует: зимой воевать не очень комфортно.

– Возможно ли наступление армии Донбасса на Киев? 

– Не исключаю, что армия Донбасса дойдет до Киева, где восстание начнется еще до прихода освободительной армии. Однако нужно быть реалистами и говорить о тех наступлениях, которые сейчас являются необходимыми для спасения жизней мирного населения Донбасса: это наступление на гору Карачун, с которой преимущественно совершаются обстрелы жилых кварталов Славянска, Краматорска. Как только Карачун будет взят ополчением, угроза артиллерийских обстрелов прекратится. Кроме того, захват этой горы очень важен с военной точки зрения, поскольку открывает прямую дорогу на Изюм, где сегодня, по некоторым нашим данным, стоит 15-ти тысячная группировка украинских войск: украинская армия и те карательные отряды, которые охраняют украинских солдат, не дают им разбежаться. Общеизвестно, что украинская армия воевать не хочет, но у них за спиной отряды, которые заставляют их стрелять в свой народ. Если события будут разворачиваться так и дальше, то, по имеющейся у нас информации, полученной от офицеров в штабе украинской армии, при первом же приближении Народной армии Донбасса к Изюму, 90% украинских военных просто разбегутся или даже перейдет на сторону ополчения. Украинские солдаты деморализованы, они испытывают всяческие лишения и, безусловно, ждут только первых выстрелов, дабы разбежаться. Увы, сейчас они этого не могут сделать, потому что каратели, те, что за их спинами, нанятые на олигархические деньги, расстреляют их, как дезертиров.

Фото: Константин Михальчевский

– В эти карательные батальоны входят какието полукриминальные элементы?

– Основную массу составляют частные охранные предприятия, которые обслуживали интересы олигархов еще в мирный период. Разбавлены батальоны самыми разными людьми: как и теми, кто свято верит в бредовые идеи украинского национализма и фашизма, так и теми, кто пришел сознательно убивать за деньги. В смысле, наемниками. Кроме того, законопроект об амнистии, подготовленный нынешней украинской властью, подразумевает освобождение 27 тысяч заключенных, что несколько объясняет то, как будут пополняться эти батальоны. У нас есть информация, что зэки будут выходить под подписку о том, что продолжат службу в батальонах «Азов» и «Днепр». В обмен на свободу предлагается заработать денег и поучаствовать в карательных операциях.  Украинские олигархи все-таки сталкиваются с трудностями при пополнении карательных батальонов, потому что количество отморозков и тех, кто готов идти воевать против своего народа, к счастью, не велико. Что дальше? Как они будут восполнять свои силы? Полагаю, прибегнут к помощи частных военных иностранных компаний. Безусловно, это дороже. Да и нет уверенности, что будет какой-то эффект: во все времена и во всех странах – наемники всегда воюют плохо. Когда же человек воюет за свой дом и близких, то, даже, если ему не хватает военных знаний и практики, он более заряжен на борьбу, идеологически мотивирован. В то время, как основная мотивация наемников – это деньги. Как, впрочем, и украинских олигархов. Скоро у них закончатся силы, сдерживающие Народную армию, и ополчение будет готово перейти в наступление и наказать всех, кто бомбил мирных граждан, кто отдавал преступные приказы «жечь «колорадов», «бить сепаратистов», кто формировал карательные батальоны, кто призывал превратить Донбасс в концентрационный лагерь, а народ Юго-Востока «отфильтровать». Убежден, как только Киев поймет, что ситуация складывается не в его пользу, у Порошенко сработает план «Б» – он побежит. Сейчас ничья. Но чаша весов рано или поздно должна склониться в нашу сторону.

Украинская армия разлагается: солдат, которого насильно демобилизовали, заставив стрелять в своих сограждан, проникается ужасом войны, и все сильнее не хочет воевать

– Как вы оцениваете силы ополчения?

– Самое главное, что есть у ополченцев, – это высокое идеологическое мотивирование. Они знают, за что борются. Они защищают женщин и детей – и это удесятеряет их силы. Их дух и воля крепнут, закаляясь в боях. Силы ополчения растут. И в военно-техническом отношении тоже. А вот украинская армия – слабее день ото дня: украинский солдат, которого насильно демобилизовали, заставив стрелять в своих сограждан, проникается ужасом войны, и все сильнее не хочет воевать. Украинская армия разлагается. Да и каратели от олигархов не планировали участвовать в активных боевых действиях, потому что одно дело – бегать с автоматом в оккупированном Харькове или Одессе и угрожать мирному населению, а другое – приехать с этим автоматом в Славянск, где ополченцы, у которых тоже есть автоматы, могут загнать пулю в лоб. Наша победа неизбежна. Я в этом не сомневаюсь. Вопрос лишь в сроках.

– Константин, что нужно, чтобы закончилась война? От кого зависит мир?

– В смысле, что нужно для того, чтобы прекратили стрелять? Перемирие сейчас находится в компетенции украинской стороны. По той простой причине, что не известно еще ни об одной наступательной операции ополчения. Люди лишь обороняют свои дома. Кто атакует их позиции? Украинская сторона. Именно от нее и зависит прекращение огня. Но есть одно «но». Украинская сторона – это не некий монолит, там нет некого единого центра принятия решений. Никто из тех, кто входит в так называемую украинскую власть, не имеет самостоятельности. Ни Порошенко, ни Коломойский, ни  Турчинов, ни Яценюк. Никто. Зато они конкурируют друг с другом за право быть любимой женой американского султана и, соответственно, получать больше, чем их коллеги по предательскому цеху. Порошенко не в состоянии отдавать приказы карательным батальонам, которые спонсирует Коломойский, который, в свою очередь, не может повлиять на украинскую армию. Ну и не будем забывать, что есть еще «правый сектор» и всевозможные сотни самообороны майдана, которые вообще очень слабо контролируются. Даже теми, кто когда-то их поддерживал и спонсировал. И эти разрозненные силовые группировки остановить сейчас можно только силой.

Грызня между представителями украинской власти продолжается. И, чем ближе конец бывшего государства Украина и хунты, тем глубже будет раскол

Однако сил, чтобы это сделать и проводить какую-то единую политику, ни у одного из представителей украинской элиты нет. Кроме того, мы видим открытое противостояние Коломойского и Порошенко: первым руководят экономические интересы, вторым движут интересы политические. И того, и другого контролируют западные структуры. Грызня между представителями украинской власти продолжается. И, чем ближе конец бывшего государства Украина и хунты, тем раздор будет крепче, тем глубже будет раскол. Неизбежность наказания заставит их расталкивать друг друга локтями, топить друг друга и кричать, что мы, мол, вообще не принимали участия в карательной операции на Донбассе. Вот поэтому мы и создали проект «Белая книга» – мы собираем свидетельства преступлений киевской власти, дабы ни один из этих людей не остался безнаказанным, не ушел от ответственности и не смог «переобувшись», сказать, что не принимал в убийствах участия.

– Представим, что перемирие случилось. Сможет ли Украина существовать как унитарное государство?

– Украины ни де-факто, ни де-юре уже не существует. Еще с марта, когда Крым  вернулся домой. На Донбассе народ тоже сделал свой выбор. И больше нет Донецкой и Луганской областей. Есть Донецкая и Луганская Народные Республики. Когда мы говорим об Украине, то следует уточнять, что она бывшая. И что будет с этой территорией, не знают, наверное, даже те, кто пытается контролировать украинскую власть сейчас в Вашингтоне и Брюсселе.

Фото: Константин Михальчевский

– Константин, вы харьковчанин. Как оцениваете протестные настроения в Харькове?

– Наблюдая за работой предприятий военно-промышленного комплекса, которые сейчас киевская власть пытается заставить создавать технику, могу сказать, что она саботируется. Харьковчане не хотят делать танки и БТРы для отправки на Донбасс. То есть, разворачивается партизанская война. И если завтра будут созданы условия для проведения в области референдума о статусе края (сейчас это невозможно, поскольку Харьков оккупирован, лидеры сопротивления находятся в тюрьме, местные элиты поддерживают киевскую самопровозглашенную власть, а в городе расквартировано большое количество карательных отрядов), то его результаты будут не намного отличаться от тех, что показал Донбасс: жить с фашистами никто не хочет.

– Повашему, правдивы ли сообщения о том, что украинские военные ведут целенаправленное уничтожение иностранных журналистов?

– Конечно. Случаев масса. Недавно убит Анатолий Клян – оператор Первого канала… А 16-летнего мариупольского парнишку Влада, который снимал события в городе на мобильный телефон, а видео выкладывал в Интернет, похитили – били и унижали. Есть жуткие кадры допроса. По нашей информации, проводил его депутат от партии «Свобода» Павел Кириленко. С формулировкой «за сепаратизм» исключен из Национального союза журналистов Константин Кеворкян – видный харьковский журналист и непримиримый противник украинского национализма и фашизма. Еще 18 июня в Мариуполе похищен главной редактор местной газеты – мой однофамилец Сергей Долгов – человек пожилой, с больным сердцем. До сих пор о его местонахождении нет известий. У нас есть информация, что похищен он карательным батальоном «Азов». Мы будем всячески содействовать его освобождению. Видно, что это не единичные случаи, а целенаправленная кампания по уничтожению инакомыслящих, по уничтожению тех людей, которые могут нести другую точку зрения, могут объективно рассказывать о тех событиях, которые происходят сейчас на Донбассе. При Януковиче, которого хунта называет тираном, такого не было. Когда многие годы журналисты типа Мустафы Найема, Алены Притулы и многих других, бегали за деньгами в американское посольство, откровенно вели антигосударственную и антиукраинскую деятельность: их никто не трогал, не исключал, не похищал, не привлекал к уголовной или административной ответственности. Та власть, в известном смысле слова, боялась журналистов. Нынешняя же понимает, что есть «фашистская газета», которая обслуживает интересы  фашистской власти – либо ты работаешь на нее, либо тебя нет. Физически. Наш сайт проекта «Белая книга», который существует всего три недели, пытаются уничтожить, он неоднократно подвергался атакам. Вероятно, это старания тех, кто пытается скрыть свидетельства преступлений, тех, кто не хочет, чтобы они получили широкую огласку. И это тщетные старания, потому что мы регулярно делаем резервные копии, часть материалов у нас хранится в бумажном виде.

Мы верим в то, что ни одно преступление Киева не останется безнаказанным, что рано или поздно военные преступники будут наказаны. Есть мнение, что трибунал стоит провести в городе-герое Славянске

– Расскажите о вашем проекте «Белая книга».

– Мы с коллегами по Народному фронту Новороссии в рамках нашего движения создали комиссию по расследованию преступлений киевского режима. Проект «Белая книга» – это интернет-издание, которое собирает материалы, свидетельствующие об этих самых преступлениях. Фото, видео, свидетельства очевидцев, а также заявления родственников тех, кто погиб на Донбассе, в Одессе и Харькове. Уже собран большой объем материала. К сожалению, из-за того, что ситуация накаляется, поток материалов увеличивается. Для чего мы собираем все эти документы и свидетельства? В ноябре 1942-го в СССР была создана чрезвычайная государственная комиссия по расследованию преступлений фашистов. В 42-м исход войны еще не был ясен, но работа комиссии, в которой принимали участие более 7 миллионов людей, началась. Они собирали документы и свидетельства, проверяли ту или иную информацию, подсчитывали ущерб, нанесенный гитлеровцами. Комиссия работала до 46-го года. Ее материалы легли в основу многих судебных процессов и, прежде всего, того трибунала, который состоялся в Нюрнберге. И мы верим в то, что ни одно преступление Киева не останется безнаказанным, что рано или поздно, но военные преступники будут наказаны. Есть мнение, что трибунал стоит провести в городе-герое Славянске. Работа нашего проекта несет в себе юридическую нагрузку, мы все проверяем с юридической точки зрения. Кроме того, наш проект – это не только сбор, обработка и систематизация данных, но и оказание конкретной помощи тем, кто пострадал. Дело в том, что когда мы принялись за работу, к нам начали обращаться люди: одни просили о помощи, другие – ее предлагали. Так мы стали координаторами – делам все, чтобы те, кому помощь нужна, ее получали. Мы тесно сотрудничаем с землячествами, с людьми, которые небезразличны к судьбе земляков и оказывают неоценимую помощь семьям погибших, пострадавших. Русские своих не бросают в беде.

– Сколько человек трудится над «Белой книгой»?

– В юридической службе – порядка десяти юристов. На нашем сайте работает несколько выпускающих редакторов, есть люди, которые отвечают за наши информационные каналы. Рабочая группа – около шести человек. Они все обрабатывают и систематизируют. Но и все те люди, которые присылают нам информацию, тоже являются активными участниками проекта. 

Leave a Reply

You must be logged in to post a comment.