После воссоединения Крыма с Россией мир в известном смысле вернулся на круги своя. Отношения между Россией и Соединенными Штатами Америки окончательно испортились, и эти государства опять, как тридцать-сорок-пятьдесят-шестьдесят лет тому назад, стали двумя противоположными центрами силы, в поле притяжения которых существуют все прочие страны. Противостояние между двумя сверхдержавами вновь стало главным мировым конфликтом, а весь остальной мир прильнул к мониторам в ожидании, чем на этот раз закончится «битва титанов».

Вообще, мне иногда кажется, что после воссоединения Крыма с Россией многие американские политики… вздохнули с облегчением – у них наконец-то появился формальный повод вернуться в старый черно-белый мир, в котором США играли роль «империи добра», а Россия – «империи зла».

От дальнейшего развития российско-американских отношений зависят судьбы не только Крыма, но и всего остального мира. Сегодня мы попробуем понять, какие идеи движут теми, кто определяет внешнюю политику США. И сделаем это с помощью Збигнева Бжезинского.

Его классическая книга «Великая шахматная доска: господство Америки и его геостратегические императивы», увидевшая свет в 1997 году, имеет любопытное посвящение: «Моим студентам — чтобы помочь им формировать очертания мира завтрашнего дня». 

Сегодня у власти в США – именно студенты Бжезинского. Кто-то из этих людей на самом деле слушал его лекции, кто-то просто читал его книги и статьи. И эти «студенты Бжезинского» действительно формируют очертания мира – сегодняшнего и завтрашнего

Сегодня у власти в США – именно студенты Бжезинского. Кто-то из этих людей на самом деле слушал его лекции, кто-то просто читал его книги и статьи. И эти «студенты Бжезинского» действительно формируют очертания мира  – сегодняшнего и завтрашнего.

Итак, виртуальное интервью с одним из главных идеологов американской внешней политики – об Америке, Европе, России, Украине, Крыме и о многом-многом другом. Как обычно, все цитаты – подлинные и взяты нами из той самой классической работы Бжезинского «Великая шахматная доска: господство Америки и его геостратегические императивы».

***

– Какова сегодня роль Европы в мировой политике? Действительно ли была права американка Виктория Нуланд, когда зимой 2014 года, в разгар украинского кризиса, просто послала Европейский Союз куда подальше?

– Европейская эра в мировой политике завершилась в ходе Второй мировой войны. Поражение Германии было нанесено главным образом двумя внеевропейскими победителями — Соединенными Штатами и Советским Союзом, ставшими преемниками незавершенного в Европе спора за мировое господство. Следующие 50 лет ознаменовались двухполюсной американо-советской борьбой за мировое господство.

– Мы знаем, что победу в этой борьбе одержала Америка, ставшая в результате единственной мировой сверхдержавой.

Америка стоит в центре взаимозависимой вселенной, в которой власть происходит из единого источника, а именно: Вашингтон, округ Колумбия

– Поражение и развал Советского Союза стали финальным аккордом в быстром вознесении Соединенных Штатов на пьедестал в качестве единственной и действительно первой подлинно глобальной державы. Масштабы и влияние США сегодня уникальны. Они не только контролируют все мировые океаны и моря, но и создали убедительные военные возможности для берегового контроля силами морского десанта, что позволяет им осуществлять свою власть на суше с большими политическими последствиями. Их военные легионы надежно закрепились на западных и восточных окраинах Евразии. Кроме того, они контролируют Персидский залив. Американские вассалы и зависимые государства распространились по всему Евразийскому континенту. Америка стоит в центре взаимозависимой вселенной, в которой власть осуществляется через постоянное маневрирование, диалог, диффузию и стремление к формальному консенсусу, хотя эта власть происходит в конце концов из единого источника, а именно: Вашингтон, округ Колумбия. И именно здесь должны вестись политические игры в сфере власти, причем по внутренним правилам Америки.

– Однако давайте пока вернемся в Европу. Какое место отведено ей в этой управляющейся из Вашингтона вселенной?

– Горький факт заключается в том, что Западная и Центральная Европа остаются в значительной степени американским протекторатом, при этом союзные государства напоминают древних вассалов и подчиненных. Положение дел ухудшается за счет снижения внутренней жизнеспособности Европы. Не ясно, хочет ли даже большинство европейцев видеть Европу крупной державой и готовы ли они сделать все необходимое, чтобы она такой стала. Даже остаточный европейский антиамериканизм, в настоящее время очень слабый, является удивительно циничным: европейцы сетуют по поводу американской «гегемонии», но в то же время чувствуют себя комфортно под ее защитой.

– Есть ли у нынешнего американского господства аналогии в истории человечества?

– Глобальное господство Америки в некотором отношении напоминает прежние империи, несмотря на их более ограниченный, региональный масштаб. Эти империи опирались в своем могуществе на иерархию вассальных, зависимых государств, протекторатов и колоний, и всех тех, кто не входил в империю, обычно рассматривали как варваров. В какой-то степени эта анахроничная терминология не является такой уж неподходящей для ряда государств, в настоящее время находящихся под влиянием Америки.

– Способен ли кто бы то ни было бросить вызов американскому господству?

Соединенные Штаты, вероятно, должны будут решать, как справляться с региональными коалициями, стремящимися вытолкнуть Америку из Евразии, тем самым создавая угрозу статусу Америки как мировой державы

– Несомненно, Россия и Китай относятся к числу держав, болезненно воспринимающих гегемонию Америки. Впредь Соединенные Штаты, вероятно, должны будут решать, как справляться с региональными коалициями, стремящимися вытолкнуть Америку из Евразии, тем самым создавая угрозу статусу Америки как мировой державы. Потенциально самым опасным сценарием развития событий может быть создание «антигегемонистской» коалиции с участием Китая, России и, возможно, Ирана, которых будет объединять не идеология, а взаимодополняющие обиды. Такое развитие событий может напоминать по своему размеру и масштабу проблему, которая однажды уже была поставлена китайско-советским блоком, хотя в этот раз Китай, вероятнее всего, будет лидером, а Россия — ведомым. Чтобы предотвратить создание этого блока, США потребуется проявить геостратегическое мастерство одновременно на западной, восточной и южной границах Евразии. Именно оттуда, из Евразии, исходят все потенциальные политические и/или экономические вызовы американскому преобладанию.

В совокупности евразийское могущество значительно перекрывает американское. Но, к счастью для Америки, Евразия слишком велика, чтобы быть единой в политическом отношении. Евразия представляет собой шахматную доску, на которой продолжается борьба за глобальное господство.

Вопрос о том, сможет ли Америка предотвратить появление на международной арене доминирующей и антагонистичной евразийской державы, остается центральным в плане способности Америки осуществлять свое мировое господство. Употребляя терминологию более жестоких времен древних империй, три великие обязанности имперской геостратегии заключаются в предотвращении сговора между вассалами и сохранении их зависимости от общей безопасности, сохранении покорности подчиненных и обеспечении их защиты и недопущении объединения варваров.

Тем не менее, каким бы ни было будущее, разумно сделать вывод о том, что американское главенство на Евразийском континенте столкнется с различного рода волнениями и, возможно, с отдельными случаями насилия.

– Каким вам видится настоящее и будущее России?

Появление независимого государства Украины не только вынудило всех россиян переосмыслить характер их собственной политической и этнической принадлежности, но и обозначило большую геополитическую неудачу Российского государства

– Россия остается крупным геостратегическим действующим лицом. Она лелеет амбициозные геополитические цели, которые все более и более открыто провозглашает. Как только она восстановит свою мощь, то начнет также оказывать значительное влияние на своих западных и восточных соседей. Многое зависит от развития внутриполитического положения и особенно от того, станет Россия европейской демократией или — опять — евразийской империей. Российской политической верхушке следует понять, что для России задачей первостепенной важности является модернизация собственного общества, а не тщетные попытки вернуть былой статус мировой державы. Ввиду колоссальных размеров и неоднородности страны децентрализованная политическая система на основе рыночной экономики скорее всего высвободила бы творческий потенциал народа России и ее богатые природные ресурсы. В свою очередь, такая, в большей степени децентрализованная, Россия была бы не столь восприимчива к призывам объединиться в империю. России, устроенной по принципу свободной конфедерации, в которую вошли бы Европейская часть России, Сибирская республика и Дальневосточная республика, было бы легче развивать более тесные экономические связи с Европой, с новыми государствами Центральной Азии и с Востоком, что тем самым ускорило бы развитие самой России. Каждый из этих трех членов конфедерации имел бы более широкие возможности для использования местного творческого потенциала, на протяжении веков подавлявшегося тяжелой рукой московской бюрократии.

– Теперь, пожалуйста, несколько слов об Украине.

– Украина, новое и важное пространство на евразийской шахматной доске, является геополитическим центром, потому что само ее существование как независимого государства помогает трансформировать Россию. Без Украины Россия перестает быть евразийской империей и становится в основном азиатским государством. В свое время появление независимого государства Украины не только вынудило всех россиян переосмыслить характер их собственной политической и этнической принадлежности, но и обозначило большую геополитическую неудачу Российского государства. Отречение от более чем 300-летней российской имперской истории означало потерю потенциально богатой индустриальной и сельскохозяйственной экономики и 52 миллионов человек, этнически и религиозно наиболее тесно связанных с русскими, которые способны были превратить Россию в действительно крупную и уверенную в себе имперскую державу. Независимость Украины также лишила Россию ее доминирующего положения на Черном море, где Одесса служила жизненно важным портом для торговли со странами Средиземноморья и всего мира в целом.

Если Москва вернет себе контроль над Украиной с ее населением и крупными ресурсами, а также выходом к Черному морю, то Россия автоматически вновь получит средства превратиться в мощное имперское государство, раскинувшееся в Европе и в Азии.

– Каково в этом свете значение воссоединения Крыма с Россией?

– Судите сами: как я уже говорил, до 1991 года Черное море являлось отправной точкой России в плане проекции своей военно-морской мощи на район Средиземноморья. Однако к середине 90-х годов Россия осталась с небольшой береговой полосой Черного моря и с неразрешенным спорным вопросом с Украиной о правах на базирование в Крыму остатков советского Черноморского флота, наблюдая при этом с явным раздражением за проведением совместных, Украины с НАТО, военно-морских и морских десантных маневров, а также за возрастанием роли Турции в регионе Черного моря.

– Насколько важна Украина для США?

Геополитические и исторические сомнения России относительно самостоятельного статуса Украины лоб в лоб столкнулись с точкой зрения США

– Все большая склонность США придать высокий приоритет американо-украинским отношениям и помочь Украине сохранить свою недавно обретенную национальную свободу рассматривается многими в Москве — и даже «прозападниками» — как политика, нацеленная на жизненно важные для России интересы, связанные с возвращением Украины в конечном счете в общий загон. То, что Украина будет со временем каким-то образом «реинтегрирована», остается догматом веры многих из российской политической элиты. В результате геополитические и исторические сомнения России относительно самостоятельного статуса Украины лоб в лоб столкнулись с точкой зрения США, что имперская Россия не может быть демократической.

В связи с этим укрепление суверенной Украины, которая в настоящее время стала считать себя государством Центральной Европы и налаживает более тесное сотрудничество с этим регионом, — крайне важный компонент американской внешней политики. Наиболее важное значение здесь имеет необходимость ясного и недвусмысленного признания Россией отдельного существования Украины, ее границ и ее национальной самобытности.

– Когда завершится и завершится ли в принципе американская глобальная гегемония?

– Масштабы американской глобальной гегемонии, по общему признанию, велики, но неглубоки, сдерживаются как внутренними, так и внешними ограничениями. Американская гегемония подразумевает оказание решающего влияния, но, в отличие от империй прошлого, не осуществление непосредственного управления. Именно размеры и многообразие Евразии, а также могущество некоторых из ее государств ограничивают глубину американского влияния и масштабы контроля над ходом событий. Этот мегаконтинент просто слишком велик, слишком густо населен, разнообразен в культурном отношении и включает слишком много исторически амбициозных и политически энергичных государств, чтобы подчиниться даже самой успешной в экономическом и выдающейся в политическом отношении мировой державе. В конце концов мировой политике непременно станет все больше несвойственна концентрация власти в руках одного государства. Следовательно, США не только первая и единственная сверхдержава в поистине глобальном масштабе, но, вероятнее всего, и последняя. Когда превосходство США начнет уменьшаться, маловероятно, что какое-либо государство сможет добиться того мирового превосходства, которое в настоящее время имеют США. Таким образом, ключевой вопрос на будущее звучит так: «Что США завещают миру в качестве прочного наследия их превосходства?»

Leave a Reply

You must be logged in to post a comment.