За последнее время я неоднократно слышал от наших публичных деятелей, в основном либерального направления, следующий странный аргумент: «На Донбассе некому помогать! Если они правда хотят свободы от Украины, то где миллионные митинги? Где сотни тысяч добровольцев? Вот посмотрите на затопленный людьми Майдан…».

От интеллектуалов я слышал слова превыспренные: «На Украине происходит нацбилдинг, разрозненная постсоветская публика сплачивается в единую нацию, доминанта этой нации – стремление к свободе от олигархов, воров и от диктата Москвы».

Про олигархов я всё понял, когда все они как один стали губернаторами. Про воров я всё понял, когда, несмотря на выделенные НАТО 300 тысяч сухпайков, оказалось, что украинская армия голодает и просит или отбивает с силой еду у славянских ополченцев. Про «москаляку на гиляку» вот только непонятно.

Уже два месяца, если верить украинским СМИ, Россия ведет войну против Украины. Уже два месяца как объявлена мобилизация и каждый украинец обязан с оружием в руках защищать недоторканность державних кордонов. Уже месяц, если верить официальным лицам Украины, на её территории орудует спецназ ГРУ.

Когда я слышу это, у меня возникает один простой вопрос: «Где Майдан?» Где миллионные митинги по всей стране за единую Украину? Где миллион добровольцев, готовых отстоять Батькивщину?

Почему украинские военные голодают и просят в обмен на БМД или тырят еду у ополченцев? Где тянущиеся от Тернополя, Черкасс, Херсона крестьянские подводы с едой для солдат и патриотов? Где общенациональная солидарность для защиты самого святого, что есть у человека – Родины, которую хотят разорвать на части клятые москалии?

Нам рассказывали, что граждане Украины – это «единая нация» и называли нас безликими «путинскими рабами»? Но что-то не слыхать никаких рассказов о подвигах этой единой нации в борьбе за единство своей страны. Зато мы знаем о голодных бунтах доведенных до отчаяния призывников. Зато мы знаем об Андрее Климове, десантнике, убитом «Правым Сектором» за отказ стрелять в братьев – ополченцев Славянска.

И еще один у меня вопрос. Вот какая странность – мы отлично знаем имена тех, кто погиб, сражаясь за свободу Донбасса и Новороссии.

Известно ли вам хоть одно имя тех, кто погиб за это время с украинской стороны? А ведь по всем фактам там уже масса погибших

Славянск. Пасхальные мученики: Сергей Руденко, Павел Павелко, Александр Сиганов. Убитый на блокпосту у Комбикормового: Андрей Лубенец. Мариуполь: Андрей Угужва и Александр Авербах. Расстрелянный правосеками в Донецке за провоз гумпомощи Рубен Аванесян. Убитые неонацистами в Харькове Артем Жудов и Алексей Шаров. Первый и (к счастью) единственный русский погибший за Крым – Руслан Казаков.

А вот известно ли вам хоть одно имя тех, кто погиб за это время с украинской стороны? А ведь по всем фактам там уже масса погибших. В пасхальной перестрелке несколько. За последние дни, включая Соледар, их отбивали с потерями. У них двухсотых по меньшей мере десяток, если не больше. Нигде и никак не прозвучало с украинской стороны ни одного имени. Хоронят, видимо, тайком.

“Да жаль – безликие” – поливал нас «поэтесса» Дмитрук. Кто в таком разе тут безликие? А у кого – Слава Героям? Кто считает свои действия борьбой за правое дело, а кто – постыдной грязной войной? Или может быть представлять погибших со стороны хунты нельзя, потому что это сплошь иностранные наемники? То же самое, впрочем, и с живыми.

Русская Весна, наша борьба за Крым и Новороссию дала нам новых героев и новые образы. Алексей Чалый и Наталья Поклонская, вежливые люди и луганские партизаны, донецкая республика и крепость Славянск, и вот уже новая легенда – Бабай. Это какой-то фонтан новых смыслов, где каждое новое событие укрепляет у русских любовь к Родине, к большой Родине, а не к навязанным в 1991 году её обкорнанным границам. Уважение к самим себе как к народу у нас наконец-то становится нормой.

На днях дети откуда-то притащили велосипедный звонок с вычеканенным на нем флагом России. Я никогда раньше особенно не любил триколора, считал его слишком ельцинским, предпочитал «имперку». И вдруг, бросив случайный взгляд на этот флаг, я вдруг почувствовал чувство гордости просто от того, что его вижу. Крым, где триколор всегда был флагом свободы и национального единства, дал нам еще одно Знамя Победы. Луганск, где каждый вечер собираются и исполняют гимн России наизусть, точно так же дал новый смысл нашему гимну.

Становление нации – это история её великих деяний. История национального успеха. А что может быть высшим успехом, чем национальное воссоединение? Что может быть прекрасней, чем возвращение нашей жемчужины, нашего любимого Крыма?

И все же – где же миллионный Майдан, сражающийся с клятыми москалями за единую Украину? Или правы те, кто говорит, что туда выходили за деньги? После трехмесячных завываний об украинском нацбилдинге мы обнаруживаем, что никакой нации на Украине нет.

После трехмесячных завываний об украинском нацбилдинге мы обнаруживаем, что никакой нации на Украине нет. Но она есть в Крыму и Донбассе

Есть кучка испуганных истеричных лгунов в «правительстве» и СМИ, которым страшно рассказать своим гражданам хоть слово правды. Есть голодные, дезориентированные, большей частью не желающие сражаться, а в противном случае зараженные шакальей жестокостью спецслужбы и армия. Есть растерянный и пассивный народ, который если и майданил, то за деньги или за компанию.

А на другой стороне, в Крыму и на Донбассе – есть нация. Есть народ, объединенный единой волей, уверенный в себе, готовый к долговременному усилию и стойко переносящий жертвы. Любители поговорить о «нацбилдинге» были правы, что 2014 год создал нацию. Но, к их удивлению, это оказалась не украинская, а русская нация. А был ли Майдан? Может Майдана-то и не было?

Leave a Reply

You must be logged in to post a comment.