Новости Спецпроекты Авторы
 
СТАТЬ АВТОРОМ
 

Мы все стали свидетелями великих исторических перемен. Давайте создавать летопись нового Крыма вместе!

 

Интервью с классиками

Совершенно пропащая страна
Ненависть к России как один из главных источников украинского национализма автор: Александр Мащенко, СИМФЕРОПОЛЬ 08.06.2015 в 16:31

В Киеве, на Андреевском спуске, есть литературно-мемориальный музей Михаила Афанасьевича Булгакова. Не знаю, бывали ли там Петр Порошенко, Арсений Яценюк, Александр Турчинов, Виталий Кличко и другие вожди украинской «революции гидности». Я бы на их месте сходил обязательно, а потом, вернувшись домой, почитал «Белую гвардию». Ибо многое из того, что написано классиком об Украине образца 1918 года, повторяется сейчас, без малого сто лет спустя.

 ***

Ну вот, например, знаменитый пассаж об украинском языке:

«Я б вашего гетмана, – кричал старший Турбин, – за устройство этой миленькой Украины повесил бы первым!.. Хай живе вильна Украина вид Киева до Берлина! Полгода он издевался над русскими офицерами, издевался над всеми нами… Кто терроризировал русское население этим гнусным языком, которого и на свете не существует? Гетман. Кто развел всю эту мразь с хвостами на головах? Гетман… Сволочь он, ведь он же сам не говорит на этом проклятом языке! А? Я позавчера спрашиваю эту каналью, доктора Курицкого, он, извольте ли видеть, разучился говорить по-русски с ноября прошлого года. Был Курицкий, а стал Курицький… Так вот спрашиваю: как по-украински «кот»? Он отвечает: «Кит». Спрашиваю: «А как кит?» А он остановился, вытаращил глаза и молчит. И теперь не кланяется.

Николка с треском захохотал и сказал:

– Слова «кит» у них не может быть, потому что на Украине не водятся киты, а в России всего много. В Белом море киты есть…»

«Гнусная комедия с украинизацией» – выражение Булгакова – вновь началась на Украине в начале девяностых годов прошлого века и конца краю ей пока не видно. Причем, логику тех, кто эту комедию (обернувшуюся в итоге полномасштабной трагедией, уже унесшей десятки тысяч человеческих жизней) затевал, Булгаков тоже объяснил:

«– Стой! – Шервинский встал. – Погоди. Я должен сказать в защиту гетмана. Правда, ошибки были допущены, но план у гетмана (напоминаю, все президенты нынешней независимой Украины одновременно еще и гетманы – Автор.) был правильный. О, он дипломат. Край украинский, здесь есть элементы, которые хотят балакать на этой мове своей, – пусть!

– Пять процентов, а девяносто пять – русских!..

– Верно. Но они сыграли бы роль э… э… вечного бродила, как говорит князь. Вот и нужно было их утихомирить».

Янукович тоже был «дипломатом». Как результат, «добалакились». Это самое «вечное бродило» и стало в 2014-2015 годах главной движущей силой сначала «революции гидности», а потом и пресловутой «антитеррористической операции» – точно так же, как оно было в свое время главной движущей силой петлюровщины.  

Современный Киев – так же, как и Киев Булгакова – живет своей, отдельной от страны жизнью: «Дело в том, что Город – Городом, в нем и полиция – варта, и министерство, и даже войско, и газеты различных наименований, а вот что делается кругом, в той настоящей Украине, которая по величине больше Франции (была – автор.), в которой десятки миллионов людей, этого не знал никто. Не знали, ничего не знали, не только о местах отдаленных, но даже, – смешно сказать, – о деревнях, расположенных в пятидесяти верстах от самого Города. Не знали, но ненавидели всею душой…»

А вот цитатка на тему инфляции и роста цен:

«– Пятьдэсят сегодня, – сказало знамение голосом сирены, указывая на бидон с молоком.

– Что ты, Явдоха? – воскликнул жалобно Василиса, – побойся бога. Позавчера сорок, вчера сорок пять, сегодня пятьдесят. Ведь этак невозможно.

– Що ж я зроблю? Усе дорого, – ответила сирена, – кажут на базаре, будэ и сто».

Тысячи неучтенных «стволов» опять, как и сто лет назад, бродят по Украине.

«Были десятки тысяч людей, вернувшихся с войны и умеющих стрелять...

– А выучили сами же офицеры по приказанию начальства!

Сотни тысяч винтовок, закопанных в землю, упрятанных в клунях и коморах… миллионы патронов в той же земле и трехдюймовые орудия в каждой пятой деревне и пулеметы в каждой второй, во всяком городишке склады снарядов, цейхгаузы с шинелями и папахами.

И в этих же городишках народные учителя, фельдшера, однодворцы, украинские семинаристы, волею судеб ставшие прапорщиками, здоровенные сыны пчеловодов, штабс-капитаны с украинскими фамилиями... все говорят на украинском языке, все любят Украину волшебную, воображаемую, без панов, без офицеров-москалей…»

Вот это «без офицеров-москалей» – наверное, один из ключей к произошедшему и происходящему на Украине; животная, инстинктивная ненависть к России всегда была одним из главных источников украинского национализма.

«Турок, земгусар, Симон. Да не было его. Не было. Так, чепуха, легенда, мираж… Просто миф, порожденный на Украине в тумане страшного 18-го года… Просто слово, в котором слились и неутоленная ярость, и жажда мужицкой чести, и чаяния тех верных сынов своей подсолнечной, жаркой Украины… ненавидящих Москву, какая бы она ни была – большевистская ли, царская или еще какая».

«– Це вам не Россия, добродию. – Геть! В Россию! Геть с Украины! – орет у Булгакова «улица».

«…Нет, задохнешься в такой стране и в такое время. Ну ее к дьяволу! Миф. Миф Петлюра. Его не было вовсе. Это миф, столь же замечательный, как миф о никогда не существовавшем Наполеоне, но гораздо менее красивый. Случилось другое. Нужно было вот этот самый мужицкий гнев подманить по одной какой-нибудь дороге, ибо так уж колдовски устроено на белом свете, что, сколько бы он ни бежал, он всегда фатально оказывается на одном и том же перекрестке.

Это очень просто. Была бы кутерьма, а люди найдутся».

Кстати, я не знаю, как там насчет Петра Порошенко, Арсения Яценюка или еще какого-нибудь Александра Турчинова, а у бывшего президента Украины Виктора Ющенко Семен Петлюра ходил (да, наверное, и поныне ходит) в исторических кумирах. Виктор Андреевич даже совершал паломничество на могилу этого головореза в Париже на кладбище с поэтическим названием Монпарнас.

 Сегодня таких головорезов на Украине – пруд пруди.

И, надо признать, рано или поздно они должны были материализоваться из этой самой «гнусной комедии с украинизацией». Должны были сойти с театральных и парламентских подмостков и выйти на улицы и площади Киева и других городов страны.

В мирном 2004 году Петлюру, у которого руки по локоть в крови «проклятых жидов и москалей», увековечили на официальной почтовой марке. Памятники Петлюре стоят в Полтаве и Ровно. Имя этого «героя» носят улицы в Киеве, Ровно, Тернополе, Львове и еще целом ряде городов и городков. Кстати, во Львове имя Петлюры дали бывшей улице Маршала Рыбалко – дважды героя Советского Союза, освобождавшего Украину от немецко-фашистских оккупантов.

Ну и чего вы, собственно, хотели после всего этого?

Все эти паломничества, марки, памятники, улицы, вся эта брехня в школьных учебниках не могли обернуться ничем иным, кроме «антитеррористической операции» по уничтожению инакомыслящих.    

«Еще в сентябре никто в Городе не представлял себе, что могут соорудить три человека, обладающие талантом появиться вовремя, даже и в таком ничтожном месте, как Белая Церковь. В октябре об этом уже сильно догадывались, и начали уходить, освещенные сотнями огней, поезда с Города I, Пассажирского в новый, пока еще широкий лаз через новоявленную Польшу и в Германию. Полетели телеграммы. Уехали бриллианты, бегающие глаза, проборы и деньги. Рвались и на юг, на юг, в приморский город Одессу. В ноябре месяце, увы! – все уже знали довольно определенно. Слово:

– Петлюра!

– Петлюра!!

– Петлюра! –

запрыгало со стен, с серых телеграфных сводок. Утром с газетных листков оно капало в кофе, и божественный тропический напиток немедленно превращался во рту в неприятнейшие помои».

«– Петлюра, это так дико... В сущности, совершенно пропащая страна, – пробормотал Турбин в сумерках магазина, но потом опомнился: – Что же я мечтаю? Ведь, чего доброго, сюда нагрянут?»

И нагрянули.

«Стряслось чудовищное и величественное событие: Петлюра взял Город. Тот самый Петлюра и, поймите! – тот самый Город. И что теперь будет происходить в нем, для ума человеческого, даже самого развитого, непонятно и непостижимо».

Помните, как грабят Василису петлюровские бандиты?

Вот он, портрет сознательного строителя «Украины для украинцев»: «В первом человеке все было волчье, так почему-то показалось Василисе. Лицо его узкое, глаза маленькие, глубоко сидящие, кожа серенькая, усы торчали клочьями, и небритые щеки запали сухими бороздами, он как-то странно косил, смотрел исподлобья и тут, даже в узком пространстве, успел показать, что идет нечеловеческой, ныряющей походкой привычного к снегу и траве существа. Он говорил на страшном и неправильном языке – смеси русских и украинских слов – языке, знакомом жителям Города, бывающим на Подоле, на берегу Днепра, где летом пристань свистит и вертит лебедками, где летом оборванные люди выгружают с барж арбузы... На голове у волка была папаха, и синий лоскут, обшитый сусальным позументом, свисал набок».

«Вот так революция, – подумал Василиса в своей розовой и аккуратной голове, – хорошенькая революция. Вешать их надо было всех, а теперь поздно...»

Да, вешать их надо было всех, Виктор Федорович, а теперь поздно…

Есть у Михаила Афанасьевича Булгакова и пророчество о том, чем закончится петлюровщина.

«А зачем оно было? Никто не скажет. Заплатит ли кто-нибудь за кровь?

Нет. Никто.

Просто растает снег, взойдет зеленая украинская трава, заплетет землю... выйдут пышные всходы... задрожит зной над полями, и крови не останется и следов. Дешева кровь на червонных полях, и никто выкупать ее не будет.

Никто».

Кто терроризировал русское население этим гнусным языком, которого и на свете не существует? Слова «кит» у них не может быть, потому что на Украине не водятся киты, а в России всего много. В Белом море киты есть… Що ж я зроблю? Усе дорого, – ответила сирена, – кажут на базаре, будэ и сто Це вам не Россия, добродию. – Геть! В Россию! Геть с Украины! «Вот так революция, – подумал Василиса в своей розовой и аккуратной голове, – хорошенькая революция. Вешать их надо было всех, а теперь поздно...» Во Львове имя Петлюры дали бывшей улице Маршала Рыбалко – дважды героя Советского Союза, освобождавшего Украину от немецко-фашистских оккупантов
 



0 КОММЕНТАРИЕВ

ВОЙТИ

КОММЕНТИРОВАТЬ