– Следите за ходом развития событий на Украине? 

– Человеку с такой фамилией, как у меня – в семье принято считать, что она гуцульского происхождения – было бы странно не следить за судьбой Украины, которая решается на наших глазах. Но дело не только в корнях. События в этой стране стали кульминацией в столь важных сюжетах, что «Украина» вот-вот станет словом нарицательным.

Украинские события крайне запутаны и многозначны. На многие вопросы однозначных ответов просто нет. Тем не менее, я считаю важным высказываться по этой теме, поскольку чаще всего моя позиция оказывается то «против всех», то где-то посередине, меж двух враждующих лагерей – а в информационном поле сегодня очень не хватает именно альтернативных и компромиссных мнений.

Милые культурные люди культурно подвинулись и позволили крепким национально эрегированным парням сделать со страной всё, что им захотелось

Что касается Евромайдана, то поначалу моя реакция сводилась к недоумению: опять?! А главное – зачем? Ведь на носу президентские выборы, у Януковича, если верить аналитикам, ни малейших шансов… Ну ладно, украинцы так решили – как говорится, допёрло. Вора геть, даёшь евроинтеграцию. Да, майдан начинался симпатично: милые культурные люди, прекрасный «Океан Эльзы». Но всё изменилось, как только на авансцену вышли ультраправые радикалы с кричалками «москаляку на гиляку», с дубинами и коктейлями Молотова. И милые культурные люди культурно подвинулись и позволили этим крепким национально эрегированным парням сделать со страной всё, что им захотелось. Когда толпа поливает зажигательной смесью полицейских, когда мелких, мало за что отвечавших чиновников лупят и унижают перед телекамерой, когда революционной массе позволяют решать, кому быть министром – о какой евроинтеграции речь? С какой конкретно Европой вы интегрируетесь таким манером?

Я вырос в Тбилиси и в своё время наблюдал за тем, как развивалась национальная революция под руководством Гамсахурдиа. Я знаю не по учебникам: вооружённые маргиналы, подогретые националистической риторикой, допущенные однажды порулить страной, на задний план добровольно не уйдут. Вытеснение их на обочину политической жизни оплачивается затяжным хаосом и большой кровью… Моя реакция на прогнувшийся под ультраправых майдан – это реакция интернационалиста, если угодно. Национализм как политический проект одинаково отвратителен мне, что в Тбилиси, что в Киеве, что в Москве, потому что всегда ведёт к губительному упрощению реальности и человеческим жертвам. Увы, для большинства из тех, кого я до сих пор считал своим кругом – для представителей либеральной интеллигенции – акценты выстроились иным образом. Почему-то в этом кругу закрепилась точка зрения, согласно которой все ужасы начались с присоединения Крыма. Всё, что было до того: весь этот вал антирусской агрессии, всю эту демонстративную дружбу с западными политиками, представляющими (хоть ты на уши встань, а от этого не отвертишься) страны-участницы НАТО, – всё это лёгким движением мысли почему-то отсекается. А не было ничего. Какие такие бандеровцы?

– Сторонники майданной революции говорят, что бандеровцев максимум один процент! 

– Слушайте, так больше и не нужно, одного процента хватит на всё, включая Дом профсоюзов. Мхедрионовцев в Грузии тоже было немного. Будь у Евромайдана настоящие политики – грамотные, умеющие делать свою работу, заглядывающие на десятилетия вперед, а не до следующего отпуска – они наверняка сумели бы вовремя снизить градус напряжённости, договориться с Кремлём о новых правилах игры. Но настоящих политиков у Евромайдана, к сожалению, не было и нет. Они – феноменально упёртые, неуклюжие, недоговороспособные хлопцы.

Как может распорядиться Крымом страна которая вот-вот обретёт союзника в лице всемирного демократизатора, предпочитающего творить демократию посредством авиаударов?

Крым утрачен Украиной не потому, что Путин так захотел, а Шойгу исполнил. Я не из тех, кто в разговоре о Крыме сходу выкладывает полный патриотический набор: Екатерину, оборону Севастополя, кровь русских моряков. Ну да, Хрущёв подарил, Ельцин подмахнул – что ж теперь, каждые двадцать лет отматывать назад? Да никакие территории не стоят новых кровопролитий… Эти доводы мне понятны. И я готов бы с ними согласиться. Но если Крым становится частью Украины, в которой люди, пришедшие к власти, открыто демонстрируют враждебность не только к России, но и к русскоязычным гражданам собственной страны, становятся в позу снобов, не желающих разговаривать с русским ватником, если за всем этим маячит осточертевший Госдеп, – тут уж самое время задуматься над последствиями и предпринимать доступные меры. Как может распорядиться Крымом страна, в столице которой проходят многотысячные ультраправые антирусские марши, и которая вот-вот обретёт союзника в лице всемирного демократизатора, предпочитающего творить демократию посредством авиаударов? – вот каким вопросом стоило бы задаваться нашей прогрессивной общественности. В таком контексте уже совсем иначе звучат доводы и про Екатерину, и про русских моряков. Кроме того, не нужно забывать, что далеко не всё было спокойно и в «крымскотатарском королевстве», и связи с российским ваххабитским подпольем никуда там не делись – как и кем могла быть разыграна эта карта? Нет, знаете, пусть уж лучше «Крымнаш», так спокойней – прежде всего, самим крымчанам. Опять же, прошёл референдум, крымчане высказались «за». К тому времени евроинтегрирующийся Киев убедительно доказал свою неспособность принимать взвешенные решения и учитывать интересы украинских русских, поспешив первым делом отменить «закон о языках». Что, это был вопрос первостепенной для Украины важности? С этого нужно было начинать новую европейскую жизнь? Для этого прогоняли Януковича? Мои украинские знакомые, поддерживающие майдан, вздыхают: то была глупость – но Россия воспользовалась. О, да. Но, простите, всё-таки этот «крымский вальс» две страны станцевали в паре.

Kак и почему одесский Дом профсоюзов не стал поворотной точкой для либеральной общественности в отношении к украинскому кризису?

Самое больное – то, что я никогда не смогу понять – как и почему одесский Дом профсоюзов не стал поворотной точкой для либеральной общественности в отношении к украинскому кризису? Почему не привёл хотя бы к смене риторики? Почему «либералы» тупо отмолчались или свели всё к провокаторам с красным скотчем на руке? Будто на такое можно спровоцировать чем бы то ни было… Где полноценные журналистские расследования – кем были эти провокаторы? Ничего. Стена молчания. И навязший бубнёж: Путин-путин-путин… Господа, слишком много Путина в вашей жизни. Очнитесь, тут совсем другая история.

– Многие ваши коллеги, да и просто рядовые граждане перессорились со своими знакомыми, друзьями, родственниками изза разных взглядов на украинский вопрос. Вам удалось этого избежать? 

– В семье обошлось без конфронтации. Со знакомыми сложнее, однако пока тоже обходится без разрыва отношений. Случается, спорим. Но, во-первых, я не считаю себя носителем абсолютной истины и всегда готов выслушать и услышать контраргументы. Во-вторых, сам не позволяю никому разыгрывать со мной роль всезнающего учителя. Сложнее с виртуальными знакомыми. В соцсетях обитает особая категория даже не спорщиков, а людей, назначивших себя совестью нации. Они, кажется, отслеживают каждого, кто высказывается о событиях на Украине, и выносят вердикты: это правильный человек, это мерзкий колорад, а тот продался кровавому режиму. Столько грубости и снобизма, сколько всколыхнул украинский кризис, я, признаться, в своей френдленте не ожидал. Расплачиваюсь за то, что принимаю любые предложения дружбы, не заглядывая на странички предлагающих. Насколько должна быть пустой, пронизанной разочарованием жизнь, чтобы заполнять её оголтелым витийством, язвительными комментариями без тени аргументации. Обычно просто исключаю таких из списка друзей. Но недавно наиболее хамовитому – он оказался земляком – предложил встретиться, высказать мне всё в глаза. И «совесть нации» тут же смягчилась и в приватном сообщении предложила «разойтись, как в море корабли». Печально видеть, как взрослые образованные люди начинают вести себя, словно озлобленные недоросли.

Если бы Юго-Восток ответил на хамство гражданской активностью, если бы начал последовательно развивать движение за самоопределение – это была бы совсем другая Новороссия

– Как вы думаете, ЮгоВосток Украины сможет отстоять своё право на самоопределение?  

– Это как раз тот вопрос, на который у меня нет однозначного ответа. Если вы спрашиваете, имела ли право юго-восточная Украина на самоопределение, я отвечаю: разумеется, имела. Но начинать с захвата зданий, с самопровозглашённых мэров и министров не стоило. Так поступал майдан? Вот именно. Мы ведь не разделяем его методов. Вот и нужно было показать всему миру: мы не такие. Нужно было показать, что на Юго-Востоке живут люди, способные отстаивать свои права цивилизованно. Тогда бы, кстати, и потолковали – где Европа? Тогда Новороссии как части Русского мира было бы что предъявить миру западному. Считаю, нужно было усиливать на Юго-Востоке гражданское общество, во что бы то ни стало – но без участия вооружённых людей – проводить референдум, обсуждать и оформлять свои требования: какая именно самостоятельность, федерализация или отделение. Да, Киев не хотел ничего слышать, его реакции были оскорбительны и высокомерны. Да, правосеки приезжали поучить шахтёров жизни, провоцировали. Но – повторюсь – если бы Юго-Восток ответил на это хамство гражданской активностью, если бы начал последовательно развивать движение за самоопределение – это была бы совсем другая Новороссия. 

«Если можно в Крыму, можно и на Юго-Востоке» – корявая логика. Напомню банальную истину: политика – это искусство возможного, а Крым – полуостров, отделённый от материковой Украины узкой полоской суши. Окопался – и до свиданья. В Севастополе стояли российские части, численность которых по действовавшим договорённостям можно было увеличивать, ни у кого не спрашиваясь. Главное тут вот что: в Крыму Россия могла действовать – и фактически действовала открыто при полном перевесе сил: всем было ясно, какое гражданство у «вежливых людей», прогуливавшихся едва ли не по каждому переулку. Степень риска в крымской операции для российской власти, для российских военных оценивать не берусь. Очевидно одно: рисковать можно собой, своей политической карьерой, офицерам дано право рисковать жизнями своих солдат.

Да, это почерк США – воевать чужими руками, накачивать территории влияния вооружёнными добровольцами и наёмниками. Так было в Югославии, так происходит в Сирии. Но я стою на своём: не нужно. Им тоже нельзя. Им просто причудилось, что можно. С них ещё спросится.

– Почему российская либеральная интеллигенция поддерживает Украину, почему большинство «либералов» упорно не замечают фашистскую составляющую новых киевских властей и их сторонников?

 

– Не замечают потому, что это рушит их аккуратненький чистенький мир. А рафинированная либеральная общественность, как оказалось, за этот мир готова расплачиваться миром реальным. Но я бы всё-таки уточнил формулировку. Во-первых, почему бы не поддерживать Украину? Тем более в такое трудное время, когда страна попросту потеряла себя, оказалась ареной для геополитических игрищ. Надеюсь, я этим интервью поддерживаю Украину, стараюсь высказать что-то, что поможет, по моему разумению, правильно расставить ударения и запятые, разложить аргументы по полочкам. А для чего ещё литератору высказываться на подобные темы? Во-вторых, я и сам приверженец либеральных идеалов и не вижу основания от них открещиваться. Но вот почему многие представители либеральной интеллигенции столь однобоки и некритичны в своих оценках, почему победивший майдан для них Армия Добра и Света, откуда эта слепота и цепляние за полуправду – я не понимаю. Пытаюсь, но – нет, не могу. Возможно, это проистекает из желания быть с врагом своего врага – а демонизированный Путин – главный враг сегодняшнего российского либерала. Возможно, дурную шутку сыграла наша многолетняя, ещё с совковых времён, влюблённость в Запад. Откуда-то отсюда, из нелюбви к совку и преклонения перед Западом, всё и произрастает.

Россия и США вошли в клинч. К Украине они относятся как к третьей стороне: отойди, не до тебя. Во многом это результат усилий всё тех же майданных политиков. Ну, и мир так устроен.

«Фашистская составляющая киевской власти» тоже не кажется мне удачным выражением. Пока власть и ультраправые всё-таки – две разных субстанции, хотя и взаимодействуют друг с другом. Насколько я могу судить со своей колокольни, нынешняя киевская власть замешана на неудовлетворённых амбициях и ненасытных бизнес-аппетитах. Едва ли эти люди придерживаются какой бы то ни было идеологии, включая фашистскую или неолиберальную. Есть доморощенные ультраправые, идеология которых – да, во многом перекликается с фашизмом. Власть считает, что она пользуется услугами тех, для кого Бандера и Шухевич герои. Вопрос в том, кто кого в итоге попользует. Не за горой новые выборы в Раду, а господин Ляшко уже обещал места в парламенте командирам подразделений нацгвардии, которые воюют на Юго-Востоке. Вот если его планы увенчаются успехом – боюсь, дистанция между властью и наследниками Бандеры резко сократится. Тогда ситуация обострится критически и, полагаю, многие сторонники победившего Майдана начнут прозревать.

– Западный мир оказался не таким уж прекрасным, человечным и цивилизованным, по крайней мере, по отношению к нам. Всякий раз, когда они якобы пытаются помочь нам построить «свободное и демократическое общество», у нас начинается разруха. Почему так получается?

– Запад как модель построения политической и общественной жизни мне очень даже близок. Я хотел бы, чтобы Россия стала тем Западом, в котором открытые честные выборы, верховенство закона, равенство прав, свобода слова. Но вся шутка в том, что западные страны сегодня сами мало соответствуют западным идеалам. Сами во многом превратились в совок. Сегодня в западных странах мозги гражданам промывают не хуже, чем это делалось в СССР. Медийное пространство подогнано под узколобого обывателя. Признанный лидер западного мира, США, ведут себя беспардонно и агрессивно, политические решения принимаются в интересах корпораций. И где во всём этом легендарные западные ценности? Э, нет, ребята, профукали вы Запад, растеряли. Безумно жаль. Но я верю, что западные ценности никуда не денутся. Нужно перетерпеть, всё встанет на свои места. Только бы перестали эти банкроты всех «демократизировать». Всё это давно уже превратилось в ширму для реализации выгодных геополитических проектов, в которых всем сестрам по серьгам: политикам, спецслужбам, военным, бизнесменам. Последнее, кстати, с вопиющей нечистоплотностью продемонстрировала история с сыном американского вице-президента Байдена, вошедшим в Совет директоров Burisma Holding. А кого стесняться? Разве мы тут не одни?

У каждой страны свои возможности, своя дистанция до западных идеалов, свой исторический багаж, который нередко мешает идти, но попытки уговорить или заставить целые народы бросить нажитое веками историческое прошлое – а именно это делают сегодня американские и европейские горе-стратеги – это примитивизм, преступление, это не работает. 

– Каким образом можно разрешить конфликт на Украине и что для этого должна делать Россия, ваше мнение?

– Реалистичного решения нет. Россия и США вошли в клинч. К Украине они относятся как к третьей стороне: отойди, не до тебя. Во многом это результат усилий всё тех же майданных политиков. Ну, и мир так устроен. Нехорошо устроен, прямо скажем. Со времён Льва Николаевича мало что изменилось.

Если говорить о чудесных разрешениях неразрешимого – то России следует договариваться с каждым европейским политиком в обход Вашингтона, торговаться (а там умеют и любят торговаться), предлагать любую цену – и настаивать на вводе международного миротворческого контингента. После чего должно быть созвано многостороннее совещание для выработки сценария разрешения конфликта. 

Leave a Reply

You must be logged in to post a comment.