Никогда не любил торговых центров. И посетителей в них я не любил. А с недавних пор чувство моё ещё сильнее, ещё крепче: антипатия, переходящая в омерзение.

Люди ходят, выбирают одежду, покупают ювелирные украшения, чавкают, пьют, смеются. Им хорошо. В Киеве, Харькове, Львове, Днепропетровске. А мне кричать хочется: «Остановитесь! Увидьте! Там, в нашей стране, на Донбассе, погибают люди!». Простите, если я глуп и нелеп в своей наивности.

Многие ведь давно смирились. Смерть тысяч всегда была лишь статистикой, смерть одного стала восприниматься как данность. Обыденная реальность, где женщины без ног просят позвонить дочери, а убитая мать прижимает к себе окровавленного младенца. Пытки, зверства, жестокость. Украина, Донбасс, наше время.

Они – люди в торговых центрах, кафе, ночных клубах, бутиках, кинотеатрах – привыкли. А я не могу. Думаю и думаю о них, об убитых, замученных, изуродованных. И дума моя черна, как чернозём. Возможно, я слишком чувствителен, восприимчив.

Вы всерьёз думаете, что на Донбассе убивают только тех, кто умирает с именем Стрелкова на губах? Тех, кто носит армейский билет российской армии? Агентов ФСБ, террористов, спецназовцев?

Помню первое чтение «Постороннего» Альбера Камю. «Сегодня умерла мама. А может быть, вчера – не знаю». Ночь, комната, за стенкой спит мама. Моя мама. Читаю и не могу понять, как можно так – равнодушно, как герой книги Мерсо – о своей матери. Да и когда он убивает араба, то испытывает лишь непонимание.

Тогда, читая, я не понимал. А сейчас, спустя десять лет, думаю: ведь иначе нельзя, иначе сойдёшь с ума. В череде случайностей, коей предстаёт наша жизнь, нормальное существование возможно лишь, если приспосабливаться к бедам и катастрофам мира.

Не уверен, что все плюющиеся счастьем люди в торговых центрах читали Камю, помнят Мерсо и разделяют его философию. Скорее всего, они просто не знают, что происходит. Мы все не знаем, но одни продираются сквозь завесу, другие бездействуют, а третьи, в принципе, счастливы, что она есть. Можно не замечать. Можно не быть ответственным. Можно заявить: «Я ни при чём, это не я!» .

Идёте по торговому центру, жуёте вату, попкорн, и тут – взрыв, крики, осколки, пламя, кровь. И ваша оторванная нога. И ваша окровавленная дочь. И ваш муж со снесённой половиной головы.

Люди в Донбассе видят подобное каждый день. Они хоронят погибших. Сидят в подвалах. Живут в страхе. Пока вы жрёте, трахаетесь, смеётесь. Вам хорошо. А им нет. Хотя они – и понимать это важно – такие же, как вы. С одной лишь разницей – их поместили в ад.

Те, за кого вы боитесь, сражаются на войне, которую ведут с вашего молчаливого согласия, а подчас и при вашей – «жги колорадов», «дави сепаратистов», «пусть валят в поганую рашку» – поддержке

И я не хочу, чтобы вам, счастливым посетителям торговых центров, вдруг, как и им, стало плохо. Нет, я не о том. Я просто хочу думать – очень хочу – что вы просто не в курсе. Ослеплённые, зомбированные пропагандой – от того не ведающие. Думающие, что в Донбассе проходит антитеррористическая операция, что бравые украинские военные уничтожают злобных боевиков, и рано или поздно наступит мир. Всё будет как прежде, и даже лучше.

Не будет. Потому что раздел, как верно подметил Сергей Шаргунов, проходит не по языку или политике, а по линии крови. Чем больше её, тем дальше Украина и Донбасс друг от друга.

Но даже если всё так, как вы думаете, жертвы среди мирного населения неизбежны. Люди, ни в чём не повинные люди, будут гибнуть. Будут страдать. Будут умолять. Будут ненавидеть. Как та девушка из Горловки, погибшая вместе с ребёнком. Вы же видели её фото в социальных сетях? Или это тоже путлеровская пропаганда?

Или вы всерьёз думаете, что на Донбассе убивают только тех, кто умирает с именем Стрелкова на губах? Тех, кто носит армейский билет российской армии? Агентов ФСБ, террористов, спецназовцев?

Несёте цветы к посольству Нидерландов, обливаетесь слезами по пассажирам разбившегося «Боинга». А где слезинка о погибших в Донбассе?

Мирные граждане – вот, кто умирает там первыми. Но ваши новости, ваши сайты об этом молчат. Взамен они рапортуют о доблестных победах украинской армии.

Это ложь! И армия предана, и жители мертвы. Ваши дети погибают там ни за что. На Донбассе они по чьей-то воле. Не по своей. Они убивают простых, ни в чём не повинных людей. Бомбят, жгут, расстреливают. Становятся преступниками.

И вы знаете об этом. Сколько бы ни затаривались алкоголем, жратвой, развлечениями. Вы знаете. И будете помнить. И это ваш грех.

Некоторые из вас выходят на улицы, на митинги, на протесты. Против войны. Чтобы не убивали ваших сыновей, мужей, отцов. Это правильно, это верно. Но…

Те, за кого вы боитесь, сражаются на войне, которую ведут с вашего молчаливого согласия, а подчас и при вашей – «жги колорадов», «дави сепаратистов», «пусть валят в поганую рашку» – поддержке. Значит, их будут убивать. И вы будете получать гробы. Каждый день. Потому что это гражданская война, а не затянувшаяся антитеррористическая операция.

Официальная версия такова: часть территории Украины и её жителей освобождают от российских боевиков. Так, кажется, было заявлено? Согласитесь, какое-то странное освобождение мирных жителей – буддистское, через смерть

И, простите, я ни разу не видел, чтобы вы призывали остановить убийство мирных жителей Донбасса. Недавно подобный митинг состоялся, но его провели беженцы. Беженцы, к которым, к слову, относятся в Украине всё хуже. Точно они предатели, изуверы, убийцы. И телевизионные сюжеты, эти пасквили злобы и отторжения – тому чудовищное подтверждение.

«Нельзя допустить распространения инфекции и отторжения тканей, а потому действовать нужно решительно, даже осознавая то, что это может быть жестоко, отсекая врагов». Это строки из корпоративной рассылки крупной IT-компании. Строки, призывающие ни в коем разе не помогать беженцам с Донбасса. И таких рассылок, поверьте, хватает.

«Недочеловеки» – вот как назвал жителей Донбасса бывший премьер-министр Арсений Яценюк. Что это – обыкновенный фашизм? Вы согласны с ним? Готовы ненавидеть и дальше? Продолжите считать, что на Донбассе шесть миллионов сепаратистов, которые не заслуживают сострадания и жалости? Так им и надо, да? Я ведь часто слышу эту фразу и в СМИ, и от знакомых, и в подслушанных разговорах. «Так им и надо». Всем этим «самкам колорада» и «колорадским личинкам».

Несёте цветы к посольству Нидерландов, обливаетесь слезами по пассажирам разбившегося «Боинга». А где слезинка о погибших в Донбассе? Где цветы им? Где сочувствие? Где сострадание? Где всё это?

Вы считаете их врагами, сепаратистами, соратниками ополченцев? Имеете право. Тогда можете не выходить на митинги, аллилуйя. Но не скорбеть права вы не имеете. Потому что «милосердие выше справедливости», как писал Довлатов. Особенно, если нет никакой справедливости.

Если бы Янукович отдал приказ бомбить Львов, Ивано-Франковск, Днепропетровск, и там пусть даже сотнями гибли люди – какой была бы ваша реакция и реакция пресловутого мирового сообщества

Впрочем, я слышал иное. Официальная версия такова: часть территории Украины и её жителей освобождают от российских боевиков. Так, кажется, было заявлено? Согласитесь, какое-то странное освобождение мирных жителей – буддистское, через смерть.

Потому у меня есть к вам ряд простых вопросов. Если бы Янукович отдал приказ бомбить Львов, Ивано-Франковск, Днепропетровск, и там пусть даже сотнями гибли люди – какой была бы ваша реакция и реакция пресловутого мирового сообщества? Если бы боевики Стрелкова обстреливали Харьков? Или Запорожье? Что бы вы говорили? Молчали бы? Как молчите, когда убивают мирных людей Донецка, Лисичанска, Горловки, Луганска. Или они всё же не украинцы? Даже так – не люди, а недочеловеки?

Знаете, вашему поведению есть определение – «фашизм». Он всегда избирателен. Но и за него приходит расплата. Рано или поздно фашизм погружает всю страну в траур. И накатывает понимание, и воцаряется стыд.

Так будет. Обязательно будет. Как в романах Стивена Кинга, явятся души убитых. И призовут к ответу: «Почему вы молчали, когда убивали нас?» .

Вот тогда придёт ваше время. Отвечать, объясняться. И промолчать, смалодушничать, как сейчас, уже не получится.

Leave a Reply

You must be logged in to post a comment.